Изменение в Конституции

понедельник, 2 декабря, 2013 - 15:43

На днях депутатом Государственной Думы Евгением Федоровым был внесен предварительный проект закона, который, в случае его принятия, можно было бы причислить к событиям поистине историческим, поскольку это повлекло бы за собой создание новой для страны Конституции. Речь шла о таких серьезных вопросах общенационального масштаба, как возможность утверждения единой государственной идеологии, а также верховенства самой Конституции над нормами Международного права. Если говорить точнее, депутат предложил  внести поправки  в  первые две главы Конституции РФ, формально считающиеся не подлежащими изменению. Одна из поправок этого документа касается исключения из 1-й главы Конституции п. 2 ст. 13 «Никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной». Другое изменение посвящено п. 4 ст. 15, в котором предлагается отказаться от общепризнанных принципов и норм международного права как части правовой системы РФ. Третье изменение уже касается 2-й главы Конституции «Права и свободы человека и гражданина». Там, из п. 1 ст. 17 предлагается убрать принципы и нормы международного права как гарантию прав и свобод человека и гражданина в России. Сам законопроект вызвал споры и неоднозначные оценки членов Нижней Палаты. Несмотря на это думцами было решено вынести окончательный вариант проекта на обсуждение в конце декабря текущего года. Какие же факторы могут послужить препятствием для принятия такого сложного и, несомненно, важного для страны решения? Попробуем разобраться.

Первым затруднением формального характера является сам процесс внесения поправок, предполагающий обновление основного закона страны: во-первых, за изменение должны проголосовать 60% от общего числа депутатов и сенаторов двух палат Федерального собрания. Далее созданное Конституционное собрание страны должно или отказать в изменениях, или разработать новый проект Конституции и поддержать его двумя третями голосов членов собрания. Затем проект Конституции выносится на референдум, на котором документ должен набрать большинство голосов — при условии, что на избирательные участки придет более половины от общего числа избирателей. Эта длинная цепочка из разных этапов (на каждом из которых проект естественно может быть отклонен) имеет на сегодняшний день одно слабое звено: отсутствие закона о Конституционном собрании РФ, регламентирующим деятельность этого органа. Такой  закон не принимался до сих пор по объективным причинам: не ощущалось существенной необходимости менять действующую Конституцию.  А сегодня, когда к основному закону назрело много вопросов, получается, что даже для того, чтобы обеспечить саму возможность его изменения, нужно, прежде всего, привести в порядок необходимые для этого процесса нормативные акты.

Понятно, что описанная выше трудность – это трудность чисто юридического характера, а потому теоретически решаемая. Но, даже устранив ее, мы неизбежно сталкиваемся с рядом более серьезных проблем, требующих и более глубокого подхода.

Остановимся сначала на последних двух поправках. Признание верховенства Конституции над международными законами, несомненно, повысит суверенитет Российской Федерации. Ведь ратификация Россией Европейской конвенции в 1998 при вхождении страны в Совет Европы привела, в конечном счете, к тому, что российское судебная система подвергалось неоднократным нападкам со стороны Европейского суда по правам человека и была вынуждена порой кардинально менять решения по судебным делам. Порой требования членов Парламентской Ассамблеи СЕ к России касались и политических вопросов, то есть, опираясь на требования конвенции, европейцы фактически имели возможность вмешиваться во внутренние дела России, что существенно подрывало ее независимость. Исходя из вышесказанного, можно сделать вывод, что внесение поправок в основной закон, определяющих верховенство конституции над международными нормами, конечно, имеет большие плюсы. Но также, я считаю, к этому вопросу следует подойти разумно и осторожно, оценить также и возможные негативные санкции, которые могут применить европейцы в ответ на такую поправку, и  постараться при возможности минимизировать их последствия.

Если рассматривать первую предлагаемую поправку, фактически предусматривающую создание единой идеологии, то закономерно возникает вопрос: какой именно должна стать эта идеология? А вот над этой проблемой последние годы ломали головы не только законодатели, но также ученые, общественники. Но вразумительного четкого решения вопроса до сих пор так и не удалось найти. Ставка на православие как общенациональную религию, способную сплотить народ, вряд ли будет иметь успех в поликонфессиональном государстве. А в условиях  развития России по пути демократии, самой по себе предполагающей свободу взглядов, мирное соседство разных религий и политических мировоззрений и многопартийность, сложно  разработать такую общеобязательную идеологию, которая не противоречила бы в той или иной мере принципам демократии. Сейчас многие сходятся на том, что такой идеологией, способной устроить представителей разных социальных групп, мог бы стать патриотизм, воспитание любви и уважения к своей стране. Такого мнения придерживаются и эсеры, предложившие включить в  Конституцию отдельную статью, определяющую патриотизм как единую идеологию. О важности и ценности патриотизма, о том, что каждый человек должен любить свое отечество, уважать предков, испытывать гордость за то, что является гражданином своей страны, знают все. В этом сила государства, это понимают и дети. Но у меня в свою очередь возникает вопрос: можно ли патриотизм в полной мере назвать идеологией? Ведь практически для каждого жителя того или иного государства любить свою родину так же естественно, как любить свою семью. Мне трудно представить страну, пусть даже одну из самых бедных, граждане которой не испытывали хотя бы теплого чувства к своему отечеству. Выходит, что патриотизм в той или иной степени уже является идеологией каждого государства. Сегодня проблема заключается скорее в том, что в современном обществе большую роль стали играть деньги и другие материальные блага, перекрывая порой общечеловеческие ценности,  да и европеизация создает угрозу размывания и утраты собственной культуры. Поэтому, конечно, я полностью согласна, что патриотическому воспитанию граждан, укреплению их чувства гордости за свою страну и желанию самим способствовать процветанию России следует уделить огромное внимание. Но вместе с тем утверждение этого как закона, на мой взгляд, выглядит несколько искусственно. Это чисто личное мнение, но мне представляется немного странным, что для того, чтобы граждане начали любить свою страну, эту непреложную истину следует прописать в Конституции почти как обязанность. Так или иначе, я полностью поддерживаю мнение о том, что государству нужна единая идеология, которая смогла бы сплотить народ, более четко определить путь развития России и, в общем, способствовала бы укреплению мощи нашего государства.

Но не менее важным представляется вопрос о том, что думает народ о возможности создания новой идеологии. Даже если предположить, что она не будет нести за собой абсолютно никакой политической окраски или хотя бы в чем-то ущемлять права меньшинств, трудно предугадать однозначно, как отреагируют граждане страны на возможность внесения этой поправки в Конституцию. Ведь многие из них родом из Советского Союза, где существовала единая идеология при однопартийной системе, и другие взгляды воспринимались достаточно враждебно. Не воспримут ли они предложение принять государственную идеологию, как новую попытку ограничения их прав и завуалированное навязывание единого мнения? Сложно ответить однозначно.

Исходя из вышеизложенных размышлений, хочется сделать вывод, что поднятая депутатами тема — это достаточно сложный и серьезный вопрос для страны. Но я уверена, что если его решение очень тщательно и серьезно проработать, оно принесет хорошие плоды.

Поделиться:
0
0
0

Голоса: 139