К законопроекту об «уклонистах»: нельзя заставить служить

среда, 21 ноября, 2012 - 18:25

Философ Уильям Оккама однажды заметил, что не следует множить сущность без надобности. К сожалению, мы часто забываем об этой максиме и действуем ровно наоборот. Очередным доказательством такого поведения стало решение Государственной Думы принять в первом чтении законопроект об уклонистах. Речь идет о поправках, которые запрещают «уклонистам от военной службы» занимать государственные должности.

Подобная позиция законодателя не только никак не способствует повышению престижа и привлекательности военной службы, хотя в пояснительной записке указывается именно этот фактор как главная цель законопроекта. Данная позиция создает очередной законотворческий инцидент, когда латают кафтан, забывая о сути проблемы, когда вместо решения и регулирования отношений в обществе зарабатывают краткосрочные имиджевые очки.

Существует четыре четких основания, по которым предлагаемый запрет не должен быть поддержан на законодательном уровне.

Аспект юридический

В настоящее время Уголовный кодекс и Кодекс об административных правонарушениях предусматривают ответственность за уклонение от военной службы. Впрочем, известно, что соответствующие статьи применять на практике сложно. Уровень следственных действий и компетентность сотрудников военкоматов и органов местного самоуправления часто недостаточны, чтобы привлечь виновных к ответственности. Что делает законодатель: вместо работы в части повышения квалификации сотрудников государственного аппарата, вместо регулирования правоприменительной практики создает дополнительную карательную сущность в надежде, что она-то сработает.

По существу же нарушаются сразу два юридических принципа: появляется двойное наказание за одно правонарушение или преступление и затрагиваются конституционные права граждан – в частности, право избираться главой региона или депутатом.

Представьте себе: лицо, которое отбыло наказание по приговору суда за экономические или насильственные преступления, вполне может стать депутатом или главой региона. А парень, по разным причинам уклонившийся от военной службы, может и понести уголовную ответственность, и на всю жизнь лишиться части своих гражданских прав.

Между тем степень общественной опасности во втором случае значительно ниже, что, в частности, признает и сам законодатель.

Аспект практический

Существующая система призыва, основанная на военных комиссариатах и административном регулировании, порочна. Но вместо изменения этой системы, законопроект предлагает создать дополнительное давление на призывника. По сути, законодатель, словно герой известного анекдота, ищет ключ не там, где его потерял, а у фонарного столба: там светлее.

Предположим, что проблема недобора по призыву существует и связана с уклонистами: хотя надо заметить, что в реальности процент уклонистов сильно снизился за последние годы, а недобор часто связан с элементарным нежеланием военных признавать демографическую яму ранних 90-х. И даже в этом случае проблема в планировании. Например, в ряде регионов (в частности, Бурятия и Алтай) количество желающих служить превышает показатели по набору. А в Новосибирской области, где другой социальный состав населения, наоборот, часто наблюдается недобор. Для жителей ряда регионов служба в армии – шанс получить дополнительные льготы, возможности для последующего образования; это реальный социальный лифт. Но нет: лучше призвать студентов после вузов из городов-миллионников, зато обеспечить советскую уравниловку и работу военкомам по всей стране.

Достаточно пересмотреть показатели по призыву между регионами, чтобы закрыть проблему с недобором.

Аспект морально-этический

Сохранение обязательного призыва – вопрос неоднозначный в глазах общества еще и потому, что в 90-ые власть в лице верховного главнокомандующего Бориса Ельцина обещала переход к контрактной армии. И это обещание стало одним из инструментов победы в 1996 году.

С одной стороны, сейчас другой верховный, многие политические деятели из окружения Бориса Ельцина находятся в розыске, тотальной оппозиции или на заслуженной пенсии: какие тут обязательства?  С другой стороны, власть говорит о преемственности – как минимум исторической.

И ведь на самом деле никто не дезавуировал это высказывание Ельцина. Не признал, что это заявление – ошибка. Что контрактная армия невозможна. Аргументы, почему мы не можем перейти к контрактной армии сегодня, звучали. Но работа над созданием условий для перехода к контракту и закручивание гаек в отношении уклонистов – это два разных сигнала обществу.

Аспект общественный

Принятие новой инициативы об уклонистах – очередная ситуация, когда власть вначале решает, а потом разговаривает с обществом. Между тем вопрос армии, когда в нее призывают в обязательном порядке, вопрос общественный, а не только государственный.

Кто наши враги? Какая армия нам нужна? Зачем на год терять экономический, производственный и интеллектуальный потенциал, измеряемый сотнями тысяч человек, их судеб и десятками миллиардов долларов потенциального прироста ВВП? Какой продукт получает общество в результате? Почему в условиях современного, технического мира требуется столько живой силы для поддержания боеспособности армии?

Военный ответ про «солдата на земле» как признак победы – относится к наступательной войне. Чтобы обороняться, нужны существенно меньшие силы. Тогда на кого в потенциале мы собираемся наступать?

Ответ, видимо, один: военные до сих пор считают объем мяса, которое им нужно для решения своих задач, вместо системного подхода и анализа эффективности технических и интеллектуальных ресурсов.

В обществе нет сейчас согласия о том, какая армия нужна России и под какие задачи. Вместо диалога с обществом, власть единолично считает возможным принимать новые, силовые, по сути своей, решения.

Необходимо научиться слышать

Принятие законопроекта об уклонистах в очередной раз показало, что власти, в том числе депутатам – избранникам народа, нужно учиться разговаривать с обществом. И не только говорить самим и слушать, но и слышать и анализировать обратную связь.

Нужно учиться комплексно подходить к проблеме, избегать линейных решений: закрутил гайки – остановил утечку; так можно и резьбу сорвать.

Нельзя усложнением правовых последствий решить проблему, которая связана с самой сущностью регулируемых законом отношений. Когда нет общественного согласия, а есть системные проблемы в институте призыва, то умножение правовых сущностей в адрес уклонистов только крепче затянет узел проблем в части призыва и снизит и привлекательность военной службы, и престиж военного дела.

Максим Шмакотин, член Координационного совета МГЕР, руководитель проекта «Школа политического лидерства»

Поделиться:
0
0
0

Голоса: 151